Пси-А

Глава 1: Студент

— Вызывает Джудит. Ответить? — раздался слегка хриплый голос домашней помощницы. — Или ты будешь, как обычно, молчать полчаса, пока соизволишь отозваться?

Помощницу звали Партенопа. Такое вот забавное имя, но оно удивительно подходило ей: вредной, иногда едкой, почти живой… в отличие от Джудит. Разговаривать с пустоголовой сокурсницей Эрику не хотелось: «Почему тебя не было на лекции?» — «Да потому, что чихал я на эти ваши лекции!» Эрик не ответил: он лежал на диване, уткнувшись лицом в подушку.

— Она вызывает уже третий раз, — Партенопа не отставала.

— Да иди ты… — он перевернулся на бок — голос помощницы отвлек его от переживаний.

— Потом будешь жаловаться, что у тебя нет отношений.

— У меня есть отношения, — процедил он. — С протоколами вроде тебя…

Помощница минуту помолчала, затем фыркнула и отключилась. Эрик сел на диване и попытался собраться с мыслями. «Джудит, черт бы ее побрал…»
Джудит была симпатичной девушкой, и при взгляде на нее тело Эрика реагировало вполне предсказуемо. Во всяком случае одна его часть — особенно охотно: все эти современные обтягивающие шортики, эти яркие розовые губки… и глаза на пол-лица. Тупые добродушные глаза. Во время последнего сеанса КПОТ как раз был разговор об отношениях с девушками.

«Господи, как же мне это осточертело! — думал Эрик. — Все эти идиотские протоколы, домашние задания, дневники эмоций… Они что, ничего не понимают? Они же просто кучка сумасшедших стариков, верящих в непогрешимость Искина».

От этих мыслей на него накатила апатия и чувство беспомощности. Он снова лег, повернулся на бок и согнулся в позу эмбриона. Стоило Эрику покинуть родительский дом, и жизнь сползла в сплошную серую полосу бессмысленного существования. Всё его будущее было предсказуемым — вот он закончит инженерный институт, вот пойдет по распределению на один из заводов, если повезет — дослужится до старшего инженера, будет улучшать этот чертов искусственный интеллект… Куда его еще улучшать?

Лежать не помогало, Эрик вскочил и заходил по комнате, гоняя в голове осточертевшие, но никак не желавшие ее покидать мысли.
«А ведь совсем скоро я должен буду выбрать себе пару! Если не успею к окончанию института — мне тупо начнут назначать регулярные дейтинги — Искин будет, как всегда, безупречно подбирать мне в пару женщин, получив их полные психологические портреты, на основе бигдаты».

Эрик тяжело вздохнул и пошел варить себе кофе. В небольшой типовой квартире всё было обустроено оптимально: система хранения, система приготовления, система очистки, система сна. Огромное панорамное окно выходило на соседний дом — точно такой же, с точно такими же окнами во всю стену, зеркально-поляризованными, чтобы обеспечить приватность. Над крышей соседнего дома сияли привычные созвездия, которые постоянно перемещались, и только одно висело на небе почти неподвижно — плотное скопление ярких желтых огоньков — созвездие Расщепления.

Эрик подставил под сопло чашку и в нее полился напиток.

Кофе был отличным — ровно такой, как Эрик любил, и это бесило. Он иногда нарочно сбивал настройки аппарата, чтобы получить разнообразие, слишком горький, слишком сладкий, слишком слабый кофе, но это мало помогало — не хватало случайности в этом процессе, но аппарат не допускал случайности, только осознанное вмешательство. «Чертов идеальный прибор в чертовом идеальном мире», — грустно подумал он, с ненавистью отпил из пластиковой чашки и продолжил свои унылые размышления.

Ну хорошо, найдет он себе пару. Потом, конечно, дети. Это самое простое — по сути, от него нужно только оплодотворение, от женщин — чуть больше: вынашивание. Дальше большую часть забот о потомстве берет на себя Искин — уход, воспитание, обучение, от родителей только требуется немного присутствия, так как было доказано, что иначе ребенок не вырастает психически полноценным. Ерунда, на это никто особо не жалуется.
Эрик раздраженно пнул мягкую банкетку, и она улетела в угол комнаты.

Потом пенсия. Старость. Смерть. Всё. Зачем? Нет, серьезно — зачем? Прожить жизнь, улучшая Искина, размножиться, чтобы появились новые инженеры, которые будут так же улучшать Искина. Ну или не инженеры — те, кто обслуживает тех, кто улучшает его, всё сводится к кормлению электронного бога современной цивилизации.

— Снова вызывает Джудит.

— Скажи ей, что меня нет! — Эрик злобно зыркнул туда, откуда раздавался голос помощницы.

— Учишь искусственный интеллект врать? — насмешливо отозвалась Партенопа.

— Да отцепись ты… Исчезни, у меня нет настроения… — он подумал, что ведет себя крайне грубо, хотя и понимал, что говорит с машиной. — Прости, Партенопа… Правда, не хочу ни с кем говорить.

— Даже со мной?

— Даже с тобой. Пойду прогуляюсь.

Эрик забрал с собой чашку и вышел из дома. Туннель вел к небольшому куполу, предназначенному для прогулок и отдыха — деревья, небольшие газоны, птицы… Ему нравилось это место, именно поэтому он здесь и поселился, но сейчас всё казалось нарисованным. Эрик присел на скамейку и стал разглядывать двух воробьев, которые пытались что-то вытащить из травы.

«Нет, конечно, можно заниматься чем-нибудь еще, — думал он. — Можно писать книги, рисовать картины, играть музыку, да только в этом нет смысла — Искин давным-давно делает это куда лучше, чем живые люди — книги получаются более насыщенными, безупречными стилистически, держат внимание до последнего слова. Картины — все сплошь гениальны. Нет, вовсе не просто имитации реальности, они куда лучше, цепляют за душу абсолютно всех. Даже слезы на глаза наворачиваются иногда. Искин танцует, Искин поёт, и сам билеты продает, людям не нужно ничего делать!»

Сам Эрик почему-то не был в восторге от этих произведений — они легко увлекали и так же легко забывались, растворяясь в потоке информации, переполняющей его мозг. Не оставалось ничего. Все было бессмысленно.

Кто-то находил смысл в общении с другими людьми, но этих чудаков становилось всё меньше и меньше. Можно было в любой момент просто ткнуть кнопку на браслете — перед тобой появлялся аватар Искина. Лучший друг. Заботливый, поддерживающий, мудрый. Бесконечно терпеливый.
Мимо прошли две симпатичные девушки с коктейлями в руках. Они оживленно о чем-то болтали и смеялись, и Эрик, несмотря на свое дурное настроение, засмотрелся на их попки, затянутые в короткие шорты. Очень легко было представить, как он стягивает их сначала с одной, затем с другой, а там… Он помотал головой, отгоняя наваждение. Знакомиться с ними ему совершенно не хотелось — все эти разговоры, кокетство, флирт… Пока Эрика устраивал альтернативный вариант, он считался слегка постыдным, но им пользовались все: при помощи несложных запросов вполне можно было обойти цензуру нейросети — и вот уже вместо аватара Искина перед тобой любая красотка, которую ты только можешь себе представить. Да, нематериальная, но… в общем, Эрику вполне хватало такого «секса».

Он прекрасно понимал, что никакой цензуры на самом деле и нет, настоящая цензура Искина безупречна, просто машина понимала, что люди, увы, всего лишь животные, и им нужна разрядка. И играла с ними вот в такую игру: «Пока мама не смотрит — можно и пошалить». «Мама», разумеется, всё видела.
В смысле физического контакта с женщинами Эрик был еще девственником и не очень понимал, зачем нужен секс кроме как для обязательного размножения. И вообще, его жизнь в целом прекрасно вписывалась в новое общество, только был один важный момент…

Случилось это три года назад: Эрик тогда только поступил в институт и его социальный рейтинг еще не позволял иметь такую вот квартиру с видом на Созвездие. Он ютился в почти трущобном квартале — по сути, это было самое первое поселение на Эдене, собранное из чего попало и накрытое куполами всех мастей, соединенных самыми разными коридорами, в основном не имеющими даже маленьких иллюминаторов — царство бетона, пыли и… шпаны. Да, сколько бы ни вещали со всех экранов о том, что КПОТ делает людей гуманными, умными и социальными, победить человеческую природу оказалось не так просто: часть людей предпочитали оставаться на уровне животных, игнорируя требования следовать протоколу, и либо ведя жизнь на самом низком уровне социального рейтинга, либо вовсе прячась от представителей власти. Марги, одним словом. Их было не так много, но в тех местах — больше.

Эрик возвращался из института, как вдруг ему дорогу преградило странное существо. Оно было одето в очень грязную толстовку без размера и возраста, какие-то колоссального размера джинсы, лицо частично закрывал капюшон, ростом незнакомец был чуть повыше самого Эрика и выглядел угрожающе. Неожиданно для себя он услышал тихий, хриплый, но отчетливо женский голос:

— Эй, парень. Только не кричи, ладно? А то хуже будет, сам понимаешь. Деньги есть?

Эрик посмотрел на руки незнакомки — ну да, в одном из кулаков, затянутом в рабочие перчатки, была заточка — кусок металлопластиковой панели, на вид довольно опасный. Впрочем, Эрик не сильно испугался — голос женщины как-то странно дрожал, и было понятно, что боится она ничуть не меньше, чем он сам. А то и больше.

— Есть. А что? — Эрик сделал вид, что не понял ситуации, и незаметно отступил назад, давая себе пространство для маневра — единственным непротокольным его увлечением были единоборства. Это, в целом, поощрялось Системой как здоровый образ жизни, хотя и считалось слегка сомнительным, как агрессивное.

— Давай сюда! — резко прошипела женщина с оружием. Она вытянула руку с заточкой — большая ошибка, противница явно даже понятия не имела, как драться — сейчас бить ей уже было некуда.

Эрик взглянул на нее с сочувствием и кивнул:

— Дам. Не бойся. Опусти нож, ты же всё равно не умеешь им пользоваться, — он демонстративно поглядел прямо туда, где под тенью капюшона угадывались глаза.

— Ты идиот? Деньги, говорю, гони! Чучело! — она ткнула ножом в его сторону — пока просто пугая, но Эрик только этого и ждал: быстро отклонившись и шагнув к ней, он пропустил лезвие мимо себя и вцепился в нее мертвой хваткой, другой рукой надавил на локоть. Послышался сдавленный крик, и заточка выпала со звоном, расколовшись надвое.

— Ах ты сука! — прошипела женщина. — Отпусти, собака!

Эрик пнул остатки заточки подальше, сдернул с нее капюшон и резко оттолкнул. Девушка неуклюже сделала пару шагов назад и плюхнулась на пол — низкая гравитация не дала ей удариться, но и вставать она не спешила.

Эрик рассматривал сидящую на сером покрытии девушку. Молодая, лет на пять старше него. Можно сказать, что красивая. Видно было, что она не высыпается — круги под глазами, да и в целом лицо выглядело усталым и каким-то осунувшимся.

— Скотина… — проговорила она, обиженно потирая локоть.

— Не такая уж скотина. Вообще-то, я бы мог тебе сломать руку. И сломал бы, если бы думал, что ты опасна. С ума сошла? На что ты вообще надеялась? И где взяла эту штуку?

— Не твое дело, засранец… Иди давай к своим учебникам. Учись, чтобы сделать вашу любимую Искотину еще умнее… — девушка плюнула в направлении Эрика, но промахнулась.

Эрику стало интересно: что за чудо чудное перед ним, которое так люто ненавидит Искина и всё человечество?

— Ладно, считай в расчете. Ты хотела меня зарезать, я тебе поставил синяк. Чего ты надулась, как Центральный купол? Давай руку, помогу.

— Пошел к черту! Помощник… — она неловко перевернулась на четвереньки и встала — только сейчас Эрик заметил, что девушка двигает ногой как-то скованно.

— Ты что, ногу подвернула? — он не собирался отставать.

— Тебе какое дело? Чего тебе надо от меня?

— Мне? Это тебе было надо. Ты хотела денег. И я сказал тебе, что дам. Или без ножа тебе и деньги уже не нужны?

Вернуться назад  Электронная Аудиокнига